termchat.app

Модель угроз termchat.app

Статус: принято (M0, 2026-10-15). English: threat model.

Что защищаем

  • Содержимое сообщений. Его знают только отправитель и получатель.
  • Ключи identity. Секретные ключи не покидают устройство, кроме зашифрованного паролем экспорта.
  • Личность пользователя. Персональных данных проект не собирает: ни имени, ни телефона, ни email. Никнейм виден только собеседникам, relay его не знает.
  • Целостность и подлинность. Получатель уверен, от кого сообщение и что оно не изменено, не повторено и не переставлено.

Участники и что они видят

Участник Что видит
Провайдер, Wi-Fi, сеть Что клиент подключён к relay, время и объём трафика. Содержимое и адресатов не видит: всё внутри TLS. С Tor — что клиент пользуется Tor; с мостами Tor (ADR-015) — вместо этого замаскированный транспорт (obfs4, webtunnel, snowflake), который настойчивый цензор иногда может распознать.
Тот, у кого есть файлы устройства, но нет пароля Ничего из зашифрованного файла состояния. Пока включены мосты Tor — строки мостов в собственной папке Arti (ADR-015), которые Arti хранит в открытом виде.
Оператор relay (или тот, кто изъял сервер) Очереди, а не людей (ADR-023): случайные ID очередей, когда в каждую пишут и когда её читают, размер сообщения с точностью до бакета, очередь недоставленного шифртекста. Ни ключей пользователей, ни отправителей, ни получателей по имени. Какие очереди принадлежат одному человеку — только по общему соединению, IP или времени: клиент держит соединение на контакт, а с Tor — цепочку на контакт, так что первые два скрыты; время — нет. IP-адреса подключений в момент работы (на диск не пишутся по умолчанию). Когда человек стирает аккаунт (не duress-паролем) — что его очереди удалены разом (ADR-009).
Собеседник Содержимое переписки с ним.
Незнакомец с приглашением Может прислать запрос контакта в очередь этого приглашения, и больше никуда. Может пытаться её заспамить или исчерпать её prekeys; владелец может создать новую очередь приглашения, это отзывает старые приглашения. О чужих очередях от relay ничего не узнаёт.

Что лежит на диске relay (ADR-005)

Очереди: два случайных ID, SHA-256 токена владельца, время создания и последнего использования, push-адрес, если задан; публичные prekeys каждой очереди; недоставленный шифртекст с очередью и временем (не старше 14 дней, удаляется сразу после подтверждения); журнал жалоб (только тексты, которые получатели сами раскрыли, без очереди и без отправителя). Ни ключей пользователей, ни содержимого сообщений, ни ников, ни IP, ни отправителей, ни истории доставленных сообщений, ни графа «кто кому писал». Relay, обновлённый с версии 1, стирает свою старую базу, где всё это было (ADR-023).

Защищаемся от

  1. Пассивного перехвата трафика: TLS до relay и E2EE (Olm) между клиентами.
  2. Компрометации relay: relay хранит и пересылает только шифртекст.
  3. MITM при первом контакте: ручная сверка отпечатка. Пока отпечаток не сверен, клиент показывает контакт как непроверенный.
  4. Утечки долгоживущего ключа: Double Ratchet даёт forward secrecy (старые сообщения не расшифровать) и post-compromise security (после восстановления сессия снова безопасна).
  5. Подделки, повтора, перестановки сообщений: аутентифицированное шифрование и состояние ratchet в Olm; сессия никогда не создаётся дважды из одного и того же первого сообщения (ADR-019).
  6. Чтения или удаления чужой очереди: для этого нужен случайный токен очереди, который relay хранит только в виде хеша (ADR-023).
  7. Спама: незнакомцы попадают только в очередь приглашения, и их первое сообщение попадает в «запросы». В очередь контакта пишет только он; блокировка её удаляет. Relay ограничивает запись в очередь и создание очередей с одного IP.
  8. Исчерпания one-time prekeys: fallback key на очереди приглашения и лимит выдачи на очередь.
  9. Переполнения очередей: квота и TTL на очередь.
  10. Пересылки чужого шифртекста (misattribution): внутри зашифрованного сообщения лежат ключи отправителя и получателя, клиент их проверяет.
  11. Раскрытия IP пользователя relay’ю и провайдеру (опционально, ADR-004): клиент подключается к onion-адресу relay через встроенный Arti и никогда не уходит в обход Tor, даже если Tor не поднялся. Без Tor relay видит IP.
  12. Подменённого релиза или зависимости (supply chain): подписанные релизы, воспроизводимые сборки (любой может пересобрать и сравнить хеш), cargo vet и cargo deny для зависимостей.

Частично защищаемся

  • Метаданные. Relay знает очереди, а не людей (ADR-023), но всё ещё видит:
    • время: когда в очередь пишут и когда её читают, поэтому сообщение в одну очередь, за которым следует чтение другой, может их связать. Скрыть это может только mixnet с фоновым трафиком (см. «Не защищаемся»);
    • связь по соединению или IP: у каждого контакта своё соединение, а с Tor — своя цепочка. Без Tor общий IP-адрес показывает, какие очереди принадлежат одному человеку, как и настройка «одно соединение для всех контактов», по умолчанию выключенная;
    • размер с точностью до бакета; документ (ADR-017) идёт серией полных сообщений по 16 КБ, поэтому его размер виден с точностью около 16 КБ;
    • примерное число контактов — по числу соединений, которые поднимаются вместе при разблокировке. Инкогнито-контакты (ADR-014) по-прежнему дают контакту отдельную личность, чтобы контакты не могли связать вас между собой по ключу или отпечатку.
  • Группы (ADR-027). Relay видит очередь группы, сколько у неё читателей и когда каждое сообщение записано и прочитано каждым читателем: размер группы виден оператору. Передачи ключей идут пачками, когда кто-то приходит или уходит, и это показывает изменения состава. Название, состав и сообщения он прочитать не может и не знает, кто администратор. Участники, которые не контакты друг друга, верят подписанному списку администратора в том, кто остальные, пока не сверят номера безопасности. Новый участник не читает ничего до своего прихода, исключённый — ничего после.
  • Несколько устройств (ADR-028). У каждого устройства свои ключи, и каждое читает всё, что вам пишут, поэтому каждое — ещё одна дверь: украденный незаблокированный ноутбук прочтёт то же, что телефон. Потерянное устройство удалите с основного; нового оно не получит, но то, что было, останется. Контакты видят, сколько у вас устройств, и их ключи. Relay видит сообщение вам как запись на каждое устройство и может связать эти очереди как ваши; без Tor то же делают IP-адреса. Привязка проверяется глазами: оба экрана показывают отпечаток личности, а скопированный код привязки показал бы другой. Добавлять и удалять устройства может только основное; если оно потеряно, восстановите его из резервной копии.
  • Личность на сервере (скриптуемый режим, ADR-024). Её пароль лежит рядом с файлом состояния, поэтому тот, кто получил там root, читает её переписку и может писать от её имени. Это отдельный ключ с отдельными очередями, через неё не добраться до вашей основной личности; каждому серверу — свою.
  • Факт начала новой сессии. Pre-key сообщение Olm длиннее обычного, relay может это заметить. Relay также выбирает, начнётся ли новая сессия на одноразовом ключе или на fallback key. На fallback key сообщения, отправленные до первого ответа, зависят от ключа, который живёт около 30 дней (ADR-019), и утечка этого ключа за это время их раскрывает.
  • Физический доступ к разблокированному устройству. Автоблокировка после простоя (1–30 минут, по умолчанию 5, ADR-021) и клавиша мгновенной блокировки: ключи и текст сообщений стираются из памяти, нужен пароль. Это «насколько возможно»: свои копии termchat.app затирает, но библиотеки (JSON, сериализация vodozemac, тулкит интерфейса, терминал) делают короткоживущие копии, которые освобождаются без затирания. Исчезающие сообщения и режим «не хранить историю» ограничивают, что можно прочитать. Не спасает, если устройство взяли в первые минуты.
  • Отказ relay пересылать сообщения. Помешать нельзя, но можно заметить: у сообщений сквозная нумерация внутри шифртекста, пропуск номера клиент показывает как «сообщения пропали». Перейти на другой relay можно новым приглашением.
  • Потеря устройства. Зашифрованный экспорт identity, клиент напоминает сделать его при первом запуске. Без экспорта identity не восстановить. После восстановления собеседники видят предупреждение о новой сессии.
  • Принуждение выдать пароль. Duress-пароль (ADR-003) необратимо уничтожает ключ данных и показывает экран первого запуска. Не помогает, если копию диска сняли до ввода пароля. Код открыт, поэтому противник знает о функции. Уничтожение данных после изъятия может быть преступлением и вызвать усиление давления.
  • Следы интерфейса вне шифрования (ADR-008). Файл настроек (тема, звук, мышь) лежит открыто и говорит только, что termchat.app установлен; стирается вместе с данными. Заголовок окна показывает лишь число непрочитанных. Уведомление ОС выключено по умолчанию и всегда содержит один фиксированный текст, потому что ОС хранит историю уведомлений вне termchat. Карточка в углу экрана показывает имя отправителя тому, кто видит экран.
  • Слабый пароль локального хранилища. Клиент оценивает стойкость (zxcvbn) и отклоняет слабые пароли, предлагает сгенерированную фразу из 6 слов. Argon2id замедляет перебор. Не спасает от пароля, записанного рядом с компьютером.

Не защищаемся

  • Google — для установок из Google Play. У Play App Signing есть копия ключа подписи (ADR-016), поэтому Google может подписать обновление или APK, который примут и установки из других источников. Если такое доверие лишнее, ставьте из F-Droid или GitHub и сверяйте отпечаток.
  • Вредоносное ПО на устройстве, keylogger, скомпрометированный терминал или ОС. Программа с правами пользователя читает память и нажатия клавиш. Снижаем ущерб: на диске всё зашифровано, пока клиент закрыт; core dump отключён; TUI работает в alternate screen и не оставляет переписку в scrollback. Но логирование терминала (script, логи tmux) и запись экрана перехватят текст.
  • Глобальный наблюдатель, сопоставляющий время трафика. Tor от этого не защищает, нужен mixnet с фоновым трафиком.
  • Ключи в swap и файле гибернации. Блокировка памяти (mlock) требует unsafe, которого нет в проекте. Защита: шифрование диска средствами ОС (FileVault, BitLocker, LUKS).
  • Windows. Запрет core dump и права 0600 на файл состояния реализованы только для Unix. На Windows файл защищён паролем, но доступен другим процессам того же пользователя как любой файл в профиле.
  • Память на Android. Пароли, тексты сообщений и приглашения проходят через строки Kotlin и состояние Compose, которые JVM не даёт приложению затереть; Rust затирает свои копии. Отладочные сборки разрешают снимки экрана (FLAG_SECURE включён только в релизных). «Оставаться на связи в фоне» выключает автоблокировку, как и сказано в настройке.
  • Копии на чужих серверах. Бэкап, сохранённый через выбор файла Android в облачную папку, стирается при стирании только пока у приложения есть к нему доступ, а провайдер может хранить свои копии. Держите бэкапы на носителях, которые вы контролируете.
  • Сохранённые документы и то, чем их открывают (ADR-017). termchat.app никогда не открывает полученный файл, но программа, которой его откроют, может быть уязвимой, а сам файл — вредоносным. Сохранённый файл лежит вне зашифрованного состояния, поэтому стирание и duress-пароль его не удаляют.
  • Содержимое жалобы. Текст жалобы выбирает тот, кто жалуется (ADR-006); relay не может доказать, что его писал обжалуемый ключ. Операторам стоит считать жалобу утверждением, а не доказательством.

Допущения

  • Криптография vodozemac и RustCrypto корректна. vodozemac прошёл внешний аудит, наш код — нет.
  • Пользователь сверяет отпечаток по независимому каналу (лично, по телефону).
  • Шифрование диска средствами ОС включено (иначе ключи могут осесть в swap).
  • Системный генератор случайных чисел надёжен.

Установить termchat.app